Здесь бывает Драматург

Любая биография в конце концов становится некрологом.

Тостующий пьет до дна (первая редакция)

комментарии отсутствуют

Вы спрашиваете, что бы я сделал, попадись на моем пути волшебник? Не знаю, не встречал я волшебников. Да, речь и не обо мне.
* * *
Объявление в газете было не хуже и не лучше остальных. Хотя слог его был затейлив: «Солидная фирма не отчаивается найти молодых людей с отменным здоровьем, волей к победе, верой в удачу и свою счастливую судьбу»…
…Привратник на входе был учтив и склонился в поклоне, пропуская Виктора внутрь. Виктор непременно дал на чай старику. Были бы деньги.
Секретарша в приемной на втором этаже встретила любезной улыбкой:
— Пройдите на медосмотр, пожалуйста.
Медосмотр длился около получаса. После того, как консилиум убедился, что претендент действительно здоров, как того и требовало объявление, секретарша усадила Виктора в мягкое кресло в приемной, попросила обождать и, взяв медкарту, скрылась за массивной дверью с маленькой медной табличкой «Директор».
Время в этой фирме ценили: мгновение и Виктор уже пожимал руку хозяину кабинета: немолодому мужчине с красивыми черными глазами.
— Меня зовут Илья Ильич, — представился директор.
— Виктор.
— А по отчеству?
— Сергеевич.
— Очень рад, Виктор Сергеевич, искренне рад. Замечательно. Итак, вам нужна работа? Для вас  наша фирма действительно кое-что припасла. Правда, — здесь Илья Ильич сделал паузу, почесал кончик носа и посмотрел Виктору в глаза. — Работа покажется вам не совсем обычной.
Суть дела в следующем: мы готовы дать вам возможность управлять своей удачей.
— То есть? — Виктора насторожила формулировка. Он почувствовал подвох.
— Управлять удачей, — повторил хозяин кабинета. — Если вы подпишете с нами контракт, то удача будет преследовать вас. В буквальном смысле слова. От вас требуется только желание быть удачливым. Это — главное условие. Без него наша фирма бессильна.
Предложение действительно казалось странным и явно не таким простым, каким выглядело на первый взгляд. И обезоруживающая улыбка Ильи Ильича казалась Виктору несколько зловещей.
Ему вдруг захотелось покинуть кабинет, сбежать, но любопытство взяло верх. Он спросил, стараясь не выдать волнения в голосе.
— Допустим,  соглашусь. Что мне придется делать?
— Ничего. Ровным счетом — ничего. Пользоваться благами, которые принесет вам использование удачи. Заметьте, мы предлагаем не исполнение желаний — это глупо и неперспективно, — мы предлагаем вам удачу в любых делах. Вы сможете достичь успеха в самых рискованных, самых, на ваш взгляд фантастичных, начинаниях. Невозможного не будет.
— Предложения подобные вашему, уважаемый Илья Ильич, просто так не делаются. В чем подвох?
— Господь с вами, Виктор Сергеевич. Никакого подвоха. Это — честная сделка. За каждую свершившуюся удачу вы расплачиваетесь самим собой.
— Ничего не понимаю. Дьявольщина какая-то. Как это собой? Душу что ли продать предлагаете?
— Ах, оставьте! Кому она нужна? И, что есть душа? Нематериальная субстанция. Нам же нужны реальные человеческие органы. Никакого подтекста.
Поймите: мы — солидная посредническая фирма. Кому-то нужна удача, кому-то — здоровая почка или рука. Мы предоставляем одним то, другим — иное. Ничего больше. Вопросами же души пусть занимаются богословы и поэты. В этих стенах приветствуется честный бизнес.
Обескураженность Виктора была настолько явной, что Илья Ильич предпочел отвлечь свое внимание на вид из окна кабинета, чтобы еще больше не смущать гостя. Виктор тем временем мучительно высчитывал, чем для него может обернуться такой контракт. Наконец, он спросил.
—Как выглядит сам процесс?
— Элементарно. Стандартный контракт рассчитан на год, в течение которого вы пользуетесь нашими услугами. По истечении срока, добро пожаловать в нашу клинику. И согласно списку использованных вами управляемых удач вы лишаетесь определенного количества органов. Операции проводят специалисты высочайшего класса. Летальных исходов фактически не бывает.
— Но смерть все же может наступить? Ведь без некоторых органов жизнь невозможна.
— Естественно. Но мы следим за тем, чтобы использовался максимум полезной материи. К тому же от вас зависит, как вы будете расходовать свое право на приобретение управляемой удачи. Да и, в конце концов — все мы смертны.
Уважаемый Виктор Сергеевич, вас ведь не заставляют тратить сразу всего себя. Выберите какой-нибудь один род деятельности и преуспевайте в нем. За это вы отдадите всего один орган. И отдадите его единожды, а удача останется с вами на всю жизнь. К тому же медицина хорошо продвинулась в области искусственных органов.
— Так почему же…
— Я понял ваш вопрос, дорогой Виктор Сергеевич. Искусственное все-таки не такое… совершенное что ли. Созданное руками человека, а не природой. Есть люди, которым по душе только то, что сотворила мать-природа. Они готовы платить именно за натуральные органы, а не за суррогаты.
— И много у вас было…в смысле, многим вы помогли с удачей? — у Виктора пересохло в горле, но попросить воды он не решился.
— У нас обширная клиентура: в картотеке фирмы есть политики, артисты, писатели. Встречаются люди более прозаических профессий. До знакомства с нами их объединяло одно: отсутствие удачи в выбранном деле. Мы помогли им. Они помогли нам. Все довольны. К несчастью я не могу назвать имен, но поверьте, многих вы отлично знаете. Это очень популярные личности.
Главное здесь — не жадничать. У нас были случаи, когда некоторые клиенты хотели преуспеть сразу во многих делах. Они же за это и поплатились. Надеюсь, вы не из их числа.
Происходящее далее показалось Виктору еще более невероятным. Он принял из рук Ильи Ильича контракт и принялся внимательно изучать многостраничный документ. Глава фирмы, дабы не мешать, сел за стол и занялся делами.
Через какое-то время Виктор прервал чтение и спросил:
— Простите, что означает невозможность использования денег во время действия контракта?
— Ах, да. Дело в том, Виктор Сергеевич, что на время действия нашего соглашения вы пользуетесь специальной кредитной картой фирмы. Ею вы можете расплачиваться везде. Ограничений не существует. Но вот обычные деньги, равно как и любые другие виды оплаты не разрешены. Это позволяет нам более тщательно контролировать ваши дела.
— А если у меня откажутся принять карту? От этого ведь может зависеть исход какой-нибудь важной сделки. И тогда я могу потрепеть неудачу.
— Не волнуйтесь. Такого не случится. Здесь я даю вам полную гарантию. К тому же такую гарантию дает вам и контракт.
Ну, так что? Все ли вам понятно? Есть ли еще вопросы?
— Да, нет. Все ясно.
— Если у клиента возникают какие-то вопросы во время действия контракта, то мы всегда готовы на них ответить. Телефон тот же, что и в газетном объявлении. В контракте он также имеется. На четвертой странице. Там, где мелкий шрифт. Видите?
Виктор кивнул.
— Теперь решайте сами. Как я уже говорил, срок действия контракта — один год. Потом вы всегда сможете его продлить. Или же не продлевать, если посчитаете, что новая управляемая удача вам уже не нужна. В нашей практике бывали и такие случаи.
* * *
Виктор покидал здание со смешанными чувствами. С одной стороны внутренний голос шептал ему о том, что совершенная сделка весьма и весьма удачная. С другой стороны природный страх холодил спину.
«Ладно. Разберемся со временем, что к чему. Сперва надо спрыснуть сделку. Заодно и посмотрим, на что годится кредитка».
Виктор направился в любимый ресторан. Он бывал в нем нечасто, но теперь предвкушал, что станет одним из главных завсегдатаев.
* * *
Кредитка работала. Глубокой ночью пьяный Виктор ввалился в квартиру. Он ликовал. В ресторане кредитную карту приняли безо всяких вопросов, хотя счет был немаленький. Затем в такси, заботливо вызванным администратором ресторана, приняли ее к оплате, не выказав ни грамма удивления. И что окончательно добило Виктора, заставив поверить во всемогущество кредитной карты: он смог расплатиться в ночной палатке за хлеб и пиво.
Сполоснув голову под краном, Виктор прошел на кухню, выложил контракт на стол и запел. Когда петь надоело, Виктор принялся строить планы на ближайшее будущее. Первое, что пришло ему в голову, был спортивный тотализатор.
«С него и начну», —  подумал Виктор и отправился спать.
За окном стояла теплая апрельская ночь. Не совсем характерная погода для северного города.
* * *
Лето выдалось на удивление душным. Мало осталось мест, где можно было уберечься от невыносимой жары. Но они были.
Именно в таком месте, в одном из пригородов, в маленьком домашнем ресторанчике, куда просто так человеку с улицы не попасть, собралась достаточно любопытная компания.
С одной стороны не было в ней ничего странного: крупные бизнесмены и политики имеют право собраться и поговорить на интересующие их темы, чтобы рядом не было посторонних глаз. С другой стороны, объединял их только повод для встречи, ибо в остальное время люди эти на дух друг друга не переносили.
Сумбурный разговор вертелся вокруг одной персоны, которая не давала покоя всем присутствующим, а более всего плотному маленькому человеку с родинкой на правой щеке. Когда упоминалось имя героя разговора, щеку с родинкой подергивало.
— …Был обычным рядовым неудачником и — на тебе!
— …Первоначальное состояние сделал на тотализаторе. Там ему фартило так, что хоть святых вон выноси.
— …Пережил три покушения. Причем, как будто знал заранее, что произойдет. Или, может, сам готовил?
— …Одно готовил точно не он. Я вас уверяю.
— …Я думал, после того как он в политику подался, тут ему и крышка. Так нет же.
Подали шашлык, и на какое-то время гул голосов стих.
Затем наступило время сигар и кофе. Слово взял коренастый седой мужчина с протезом вместо левой руки.
— Я все-таки не вижу особых причин для беспокойства.
За столом зашептались. Ропот нарастал. Обладатель родинки взвился:
— Не видите причин? Говнюк зажал нас в угол. При этом еще насмехается. А вы не видите причин для беспокойства?
Коренастый посмотрел на собеседника и продолжил:
— Да, ему везет. Он ухватил жар-птицу за яйца. Но прошло всего два месяца с момента его появления…
— Вот именно, — не унимался обладатель родинки. — Два месяца, а он уже достиг таких высот, к которым каждый из нас шел годами.
Коренастый немного помедлил и сказал.
—Я не стану ничего предпринимать. Я подожду. В конце концов, любое везение рано или поздно заканчивается. Не стоило отрывать меня от дел. Я не нахожу ничего страшного. Время все расставит по своим местам.
— То есть вы отказываетесь участвовать в нашем предприятии?
— Да, поскольку не вижу никакого смысла. Вам тоже советую запастись терпением. Я-то думал, произошло действительно что-то из ряда вон выходящее. А шашлык отменный. Спасибо.
С этими словами коренастый встал и откланялся. Его проводили молчанием. Затем продолжили перемывать кости герою разговора.
Выйдя из ресторана, коренастый сел в машину и приказал шоферу ехать в аэропорт. По пути он смотрел в окно и разговаривал сам с собой.
— Значит, везение началось в конце мая. Сейчас конец июля. Куражиться ему осталось месяцев десять. С такими темпами Илья Ильич может потребовать оплаты по контракту гораздо раньше. Наверное, где-то к концу осени. Парень глуп и жаден. Так ничего и не понял.
И коренастый бережно потрогал протез.
* * *
Октябрь набирал обороты, и ковер желтых листьев на грязной земле с каждым часом становился гуще.
Леонид Евгеньевич Халифицкий, глава небольшой адвокатской компании «Халифицкий и Компаньоны» ждал клиента к назначенному часу.
Клиент оказался человеком пунктуальным и очень нервным. Очень нервным для его положения. Леонид Евгеньевич сразу это.
Халифицкий предложил кофе гостю и приготовился слушать. Рассказ Виктора Сергеевича (именно так значилось его имя на визитке, оставленной вчера) не занял много времени, и был весьма любопытен.
По окончании рассказа, Халифицкий спросил.
— Так что же вы хотите от нас, любезный Виктор Сергеевич?
— Как вы поняли из моей истории, Леонид Сергеевич, срок действия контракта подходит к концу. Это означает, что скоро мне придется ложиться в клинику и… — здесь Виктор Сергеевич замялся.
— Расстаться с тем, что вам дорого. Вы же против такого поворота событий. Я правильно закончил вашу мысль?
Собеседник кивнул.
— Боюсь, что это не в наших силах.
— Почему? — бисеринка пота скатилась со лба Виктора Сергеевича на рассеченную бровь. — Я прошу представлять мои интересы в суде, и найти хотя бы небольшую зацепку, позволяющую признать контракт недействительным. Ваша адвокатская контора имеет репутацию фирмы, которая не проигрывает. В средствах я не стеснен, а потому любая сумма не будет выглядеть для меня слишком чрезмерной.
— Я понимаю ваши чувства, любезный Виктор Сергеевич, но… — Халифицкий развел руками. — Опротестовать этот контракт мы не сможем. Он составлен настолько грамотно, что ни один из пунктов не допускает даже малейшей мысли о двойном толковании. Наша фирма не проигрывает еще и потому, что мы не беремся за заранее проигрышные дела.
Гость вытер пот со лба и застонал. Халифицкий продолжил.
— Насколько я понял из вашего повествования, вас предупреждали, что жадничать не следует, а вы размахнулись, прямо скажем, в грандиозных масштабах. Жадность, знаете ли, плохой…
— Не надо! Я сам все понимаю. Выход должен быть!
— Не кричите, любезный Виктор Сергеевич. Я все-таки не ваш подчиненный. И это вы, а не я нуждаетесь в помощи.
— Извините. Нервы сдают. В последнее время только и мысли о клинике. К тому же мне на днях звонил Илья Ильич и сказал, что я практически израсходовал лимит. Срок истекает раньше. В контракте это тоже оговорено. Там, где мелкий шрифт.
— Вот даже как. Вы невнимательно читали контракт, как я вижу.
— Перестаньте, — застонал Виктор Сергеевич.
— Я понимаю вас. И рад бы помочь, но, — Леонид Евгеньевич развел руками.
— В таком случае, прошу прощения за то, что отнял у вас время.
Виктор встал и протянул руку для прощания. Рука заметно дрожала.
Легкая улыбка чуть тронула губы Халифицкого.
— И все-таки думаю, что отчаиваться рано. Мы можем найти выход из создавшейся ситуации.
Рука перестала дрожать.
— Дело в том, — продолжал адвокат, — что если вы подпишете специальный договор с нашей адвокатской конторой, то вам придется, в первую очередь, оплатить консультационные услуги.
— Как я уже сказал — любую сумму. Только вытащите меня.
— Оплатить, — повторил адвокат. — Но только наличными. Наша фирма не принимает к оплате кредитные карты. Никакие.
Леонид Евгеньевич расплылся в широкой улыбке.
Глаза Виктора заблестели.
— Где бумаги, которые необходимо подписать. Я готов.
— Вас даже не интересуют условия?
— Я — не маленький. Тот, кто мне рекомендовал вашу фирму, все объяснил. Давайте скорее бумаги!

* * *
Спустя месяц Виктор Сергеевич получил извещение из адвокатской фирмы. В нем его просили явиться в офис, в два часа пополудни в среду.
Войдя в кабинет, Виктор увидел Илью Ильича, сидящего на диване и по выражению лица понял, что дело в шляпе.
Илья Ильич встал, подошел к Виктору и протянул руку.
— М-да, Виктор Сергеевич… Надо признаться, вы нас переиграли. Мы не учли вероятность такой ситуации. Точнее, учли, но не думали… Ладно, речь не об этом. Предлагаю решить все проблемы прямо здесь, в кабинете господина Халифицкого, не предавая дело огласке. Мы согласны на ваши условия.
— Это означает, — вступил в разговор хозяин кабинета, — что мы можем считать контракт утратившим силу без каких-либо претензий с другой стороны. Все ваше остается при вас. Плюс ко всему вы можете пользоваться кредитной картой еще год. На мой взгляд, это хорошая сделка.
Виктор ухмыльнулся.
— Я тоже так считаю.
* * *
Через четверть часа все было кончено. Илья Ильич покинул офис. Халифицкий проводил его улыбкой победителя. Затем обернулся к Виктору.
— Вот и все, любезный Виктор Сергеевич. Мы победили. Я всегда говорю, что правильное отношение к закону — великая сила. Предлагаю отметить победу.
— Никаких возражений.
Принесли шампанское.
Игристое вино и чувство победы опьянили Виктора. Будущее выглядело радужным и заманчивым. Смущало только… Черт с ним. Все свое на месте, а там видно будет.
— Выпьем за удачу, — провозгласил Виктор, когда фужеры были наполнены вновь.
— Жаль только, что в связи с разрывом контракта вы потеряли права на управление ею, мой друг.
— Пустое. За этот год у меня многое получилось. Но главное — удалось оставить ребят с носом. Я уверен, что смогу удержаться на плаву и без них. А выпить хочу за настоящую, неуправляемую удачу, которая любит сильных, — Виктор пригубил шампанского, и улыбнулся. Халифицкий поднял бокал:
— Ну, что же. За удачу. Тостующий пьет до дна, любезный Виктор Сергеевич… До дна.
* * *
Проводив Виктора Сергеевича, я недолго постоял у окна, наблюдая за мелким ноябрьским дождем.
Интересные попадаются люди. От меня немногие уходят довольными, как Виктор Сергеевич. А жаль. В конце концов, получают много, а расплачиваются всегда одним и тем же. Да и товар, зачастую, дрянного качества. Мельчает мир.
Вы спрашиваете, что бы я сделал, попадись на моем пути волшебник? Не знаю. Может быть, попросил оценить, сколько стоит моя душа? Тем более было бы интересно, ведь у меня нет души.

24.12.2009 в 02:12