Здесь бывает Драматург

Любая биография в конце концов становится некрологом.

За Родину! (первая редакция)

комментарии отсутствуют

Оккупанты бодро маршировали по главной улице деревни. Деревенские стояли по обеим сторонам, наблюдая за проходящей колонной. Бабы плакали. Мужики молча курили в кулак и иной раз вздыхали. Ребятня, обычно подвижная и шебутная, пряталась за спинами матерей. Один пострел вроде и достал рогатку, чтобы пульнуть в идущих, но получил подзатыльник от отца, заплакал и убежал.
Разошлись сразу, как только колонна прошла к уже разбитому передовым отрядом лагерю на другом конце деревни. Еще и поднятая пыль не успела улечься, а на улице не было никого. Лишь утреннее весеннее солнце ярко светило, будто ничего не случилось.
Дед Матвей на дорогу не пошел. Болела нога. Он наблюдал за оккупантами с крыльца своего дома, курил махорку и втихаря матерился. Настроение старика было преотвратное, и цигарка не примиряла с нынешним положением дел.
После обеда в деревне узнали, что Савелий — глава местной администрации — теперь назначен старостой и посредником между оккупантами и жителями. Во всяком случае, так он объявил сам.
Первым делом вывесил Савелий на калитке правила поведения в новых условиях. Бабы по одной подходили, читали, плевались и расходились по домам. Ни у кого не возникло желания посидеть на лавочке, обсудить.
Мужиков видно не было вовсе. Даже у магазина царило затишье. Такое, что Людка, продавщица закрыла магазин и ушла домой.
* * *
Вечером в хате деда Матвея устроили собрание. Пришли все деревенские мужики, за исключением Савелия. Да его никто и не ждал. Тесновата была изба, но места хватило всем.
Матвей собрал на стол нехитрую закусь и вытащил из погреба бутыль самогона из старых запасов.
Пили молча. Потихоньку смолили. Но вот не выдержал Кондрат. Он обратил свое рябое лицо к старику и спросил.
— Ну и что дальше? Молчать будем, или решать? Так ведь всю самогонку выпить можно, а до дела не дойти.
— Да погоди ты, Кондрат, — кузнец Василий затушил папиросу о сапог. — Вроде в мире ничего дурного не случилось из-за них. Вон в газетах только и пишут об этих гадах. Как о благодетелях. Да по радио с телевидением те же разговоры. Может, они впрямь прилетели к нам не воевать, а помогать. Может и обойдется.
— Чем помогать? Что обойдется? — Кондрат стукнул кулаком по столу. Одна из стопок опрокинулась, и самогонка пролилась на скатерть. — А то мы без них не управлялись. Кто их звал?
Сын Кондрата Леха, пацан пятнадцати годов от роду, увязавшийся на сходку за отцом, встрял в разговор.
— Батя, а я вот тоже читал, что они прилетели с миссией помочь всем жителям Земли интегрироваться в галактическое сообщество. Научат нас многому. Технологии там всякие подарят. И вообще.
— Цыц тебе. Мал еще, — оборвал сына Кондрат. — С кем ты интегрироваться будешь? С этими зелеными гусеницами? Прости, господи. Интегрироваться он собрался. Я тебе наинтегрирую дрыном по спине.
Собравшиеся в избе одобрительно загудели.
— Ладно, мужики, — вздохнул дед Матвей. — Я вот что скажу. Конечно, эти твари изумрудные могли прилететь с добрыми намерениями, но, когда я мальцом был, дед мой говорил, мол, в гости надо ходить спросясь хозяев. И без оружия. Дед мудрый человек был. Всю Отечественную прошел. До самого Берлина. Тогда тоже к нам в гости пожаловали без спросу.
— Так покажем гусеницам этим, — погрозил кулаком Кондрат. И предупредил возражение сына хорошей затрещиной.
— Надо-то надо показать, — вздохнул кто-то в дальнем углу. — А с оружием как быть? У них есть, а у нас…
— На охоту ты с чем ходишь по осени, тютя? — поддразнил скептика плотник Михей. — С палкой? Вот то-то и оно. Да и добыть можно. Не вопрос.
В дверь постучали. Мужики затихли. Кондрат подтолкнул Леху открывать.
В избу зашел отец Сергий, настоятель деревенской церкви.
— Бог в помощь, — обратился батюшка к мужикам. — Мозгуете, как погляжу.
— Садись, Сергий, — пригласил священника к столу Матвей. — Выпей с нами.
Мужики потеснились, давая место. Батюшка сел, выпил стопку, утерся рукавом.
— В общем так, православные. Люди мы мирные, спору нет. Но и нашему долготерпению предел есть. Бог он все видит. Смотри, как весь мир этой нечисти зеленой обрадовался. Как родных встречают. Да и власть наша тоже хороша. Все для толерантности их дурацкой западной старается. В Галактическое сообщество захотелось, видишь ли. Рай Господень уже не интересен. О Боге совсем позабыли.
— Дело говоришь, батюшка. Они забыли, а нам негоже, — Кондрат выпил еще рюмку. — В леса подаваться надо. В леса.
В избе вновь поднялся одобрительный гул. Под шумок Леха подобрался к священнику.
— Отец Сергий, а что такое «толерантность»?
— Это, отрок, как проституция, только бесплатно.
Обсуждение за столом в избе деда Матвея длилось долго. Решали мужики. Договаривались. Совсем было поздно, когда в окно постучали, и женский голос произнес.
— Матвей, Василий у тебя?
Кузнец Василий подошел к окну.
— Ну, чего пришла. Сейчас домой иду. Комендантского часа вроде не объявляли.
Женский голос за окном запричитал.
— Ты уж иди, Васенька. Кто этих бесов зеленых разберет. Сейчас не объявляли, а потом объявят.
— Ладно, ребята, — Матвей встал. — Пора и по домам. Утро вечера мудренее. Бог нам в помощь.
Мужики потихоньку покидали избу Матвея. Лишь Леха задержался в сенях.
— Дедушка, а может, мы не правы, что вот так все решили? Весь мир этих инопланетян принял. Разве нам не надо в Галактическое сообщество?
— Запомни, внучек, — дед Матвей потрепал Леху по голове. — От того и встречают их радостно, что родину свою готовы променять на обещания заоблачные. Мы не такие. За родину надо не только на праздниках выпивать. Так мой дед говорил. Ступай уже. Отец ждет.
* * *
Последним в леса ушел отец Сергий. Когда в воскресенье бабы пришли к церкви, они увидели, что дверь в храм заколочена досками крест накрест. И снова плакали, но понимали. Старуха Фекла перекрестилась и сказала.
— Так тому и быть.
Савелий все эти дни бегал как ошпаренный по деревне из дома в дом. Вначале спрашивал, куда мужики подевались. Потом понял. Пытался убеждать. Его никто не слушал. Некоторые бабы и на порог не пускали.
Оккупанты вели себя тихо. Гуляли по деревне, подставляя свои зеленые морды солнцу, переговаривались между собой. В контакты с деревенскими не вступали.
В середине следующей недели здание новой администрации запылало в ночи. Савелий едва успел выбраться. В подштанниках и майке он бегал вокруг горящего дома и крыл матом ушедших в леса. Зеленые наблюдали за происходящим безучастно, потушить не пытались.
Дом догорел к утру.
Старуха Фекла подошла к руинам и произнесла.
— Ну, вот и началось.
* * *
Президент читал сводки. Каждая последующая портила настроение еще больше.
Почти месяц он оправдывался перед мировым сообществом за происходящее в стране, старался сгладить нарастающую конфронтацию.
Подобно пороховой бочке почин, начатый в маленькой сибирской деревушке, взорвал страну: от Амура до Волги. И полутора месяцев не прошло, а партизанская война против миротворческих сил Галактики приобрела общенациональный масштаб.
«Вот тебе бабушка и Юрьев день. Не понять нас умом. Не понять», — подумал президент. — «Сколько десятилетий мечтали. Как ждали. Во всем мире контакт с внеземной цивилизацией встретили как положено, и только у нас…»
Вошел премьер-министр.
— Господин президент. Все уже собрались. Ждут вас.
— Иду.
* * *
В приемной Главы администрации президента было тихо. Летучка, назначенная на 10 утра, задерживалась. Глава до сих пор не вернулся с экстренного президентского совещания.
Ожидающие чиновники разговаривать не пытались. Каждый уткнулся в свою папку с документами, делая вид, что внимательно их изучает.
Наконец Глава прибыл. Быстрым шагом он пересек приемную, открыл дверь кабинета и махнул рукой, приглашая войти. Чиновники гуськом устремились внутрь.
— Расстроен, — шепнул, было, один другому.
— Ай, оставьте, — отмахнулся тот.
Вокруг стола расселись быстро. Глава начал без промедления.
— Думаю не никому не нужно объяснять всю тяжесть сложившейся ситуации. Сегодня ночью начальник генштаба попросил отставки. Президент ее принял, что не вызывает моего удивления. Сказать, что он сейчас в ярости — не сказать ничего. Мне пришлось выслушать много нелицеприятного. Как о себе лично, так и о работе администрации в целом. И в этом вина каждого из здесь присутствующих. В конце концов, именно мы отвечаем за полноценную работу вертикали власти. Именно на нас возложена главная задача: держать под контролем думы и чаяния народа. Управлять ими. Получается, мы не справились.
С каждой фразой Главы лица чиновников мертвели все больше. Буря набирала обороты, хотя внешне Глава был спокоен.
— Итак, времени подготовить варианты решения проблемы было достаточно. Слушаю.
Глава сел. Тишина стала вязкой. На другом краю поднялся маленький полный человек. Он откашлялся и промокнул платком вспотевшую лысину.
— Очень сложно говорить о каком-то едином решении проблемы. Честно говоря, мы не ожидали, что все так обернется.
— Кто это «мы»? — четко артикулируя каждое слово, спросил Глава.
Маленький чиновник вжал голову в плечи, вероятно испугавшись потерять ее тут же, на глазах у всех присутствующих.
— Я имею в виду, что наши службы на местах оказались бессильны перед лицом народной стихии. Никто не ожидал…
— Да полно вам, Петр Сергеич, — прервал его другой участник совещания. — А то было непонятно, что нашим мужикам хлеба не давай, дай побузить. Только о себе думают. А интересы государства…
— Знаете что, — взвился маленький. — Мы обязаны были предусмотреть все варианты. Тем паче живем в стране с богатым прошлым. Особенно в области ведения партизанских войн.
— И что? — парировал оппонент. — Теперь будем сидеть и ждать, когда эти новоявленные партизаны победят миротворческие силы Галактики, а потом и за нас возьмутся? Они и так портят имидж нашего государства в глазах мировой общественности. Международная пресса ополчилась на нас хуже некуда. Как только не называют: и дикарями, и милитаристами, и убийцами. Главы почти всех государств осудили эту партизанскую войну.
Глава вновь взял слово.
—Генеральный секретарь ООН и Совет Безопасности добиваются от нас четкой позиции. Будем ли мы потакать новоявленным борцам за свободу или же примем необходимые меры для того, чтобы в кратчайшие сроки урегулировать конфликт. Радует то, что руководство миротворческих сил Галактики пока сохраняет спокойствие и не предпринимает решительных действий.
— Так ведь они не воевать прилетели к нам, а готовить к интеграции в Галактическое сообщество, — сказал маленький и вновь промокнул вспотевшую лысину.
— Да кто их знает, зачем они на самом деле прилетели, — сказал Глава. — Факт тот, что среди других стран мира, мы выглядим, мягко говоря, непрезентабельно. Нецивилизованно.
— Но не можем же мы воевать против собственного народа? Из-за каких-то там пришельцев. К тому же выборы на носу.
Глава посмотрел в окно.
— Кто сказал воевать? Мы должны направить стихию в правильное русло. Разъяснить этим воякам, что инопланетяне прилетели с добрыми намерениями. Для общего блага. Разумеется, где необходимо применим силу. Бездействовать мы не можем. Наш долг думать о судьбе страны на мировой арене. Глобально надо мыслить. Если мы проявим слабость, то в скором времени каждый, кому не лень будет в леса уходить. Это анархия, а не народная борьба. Надеюсь, все уловили суть? Думаю, что будем действовать в этом направлении.
— То есть привлечем армию? — негромко спросил маленький.
— Если потребуется. Впрочем, уже требуется. Сегодня президент назначит нового главу генштаба и отдаст соответствующие распоряжения. Каждый из вас в течение двух часов подготовит план действий по своему направлению. И ко мне на доклад, — Глава посмотрел на часы. — Совещание назначаю на шестнадцать. Все свободны.
Задвигались стулья. Люди ринулись к выходу.
* * *
Генеральный секретарь ООН ослабил узел галстука и пригубил виски. После такого тяжелого дня виски — отличное лекарство.
Все! Прочь волнения и тревоги. Невозможное — сделано. И теперь можно не переживать за свое место. Впереди только хорошие новости.
Сработал видеофон. На экране появилось лицо первого советника.
— Поздравляю вас, господин генеральный секретарь. Вы были на высоте.
— Это не главное. Мы сумели убедить галактические силы, что происходящее в России — нелепая случайность. Вот важный момент. К тому же русский президент заверил нас, что регулярная армия в скором времени установит полный контроль над территорией страны, и их дикарская возня прекратится. Все-таки у них в правительстве сидят цивилизованные люди.
— Откуда только русские их берут, — пошутил советник.
Генсек картинно поморщился.
— Ну, зачем так. Они тоже люди и хотят войти в галактическое сообщество. К тому же бизнес — всегда бизнес, а перспективы, открывающиеся после вступления, выгодны всем. Даже русским. Думаю, что в ближайшие недели все успокоится. У вас что-то еще?
— Нет, господин секретарь.
Советник отключился.
* * *
Мягкий выдался конец августа. Благодать в лесу. Жаль пения птиц совсем не слышно из-за повсюду повешенных вдоль железной дороги динамиков. А из них каждые полчаса доносится:
— Товарищи партизаны. Руководство страны призывает вас оставить бессмысленную и вредную борьбу против наших друзей из миротворческих сил Галактики. Все прогрессивное человечество с болью смотрит на то, как вы пытаетесь помешать интеграции человечества в большую и дружную галактическую семью. Опомнитесь. Мы призываем вас выйти из леса и сдаться. Вас никто не будет преследовать. Вы остались одни. Все остальные очаги сопротивления подавлены. Люди поняли, что боролись не за правое дело. Выходите. Возвращайтесь к семьям…

…Леха сидел в перелеске рядом с дедом Матвеем и в который раз слушал воззвание.
— Как же так, дедушка. Они говорят, мы одни остались. Остальные сдались, значит? Может что-то не так и нам нужно сдаться?
Дед Матвей посмотрел на пацана.
— Ты их слушай больше. Вранье. Против своего народа воевать — дело гибельное. Не будет им победы. Хорошо тебя отец Сергий и батя твой не слышат сейчас.
— Они должны были два дня назад вернуться и не вернулись. Может, их и нет уже.
— Зато мы есть. Мужики наши почти все целые. Никто сдаваться не собирается. В деревне матери наши и жены сидят, нас не выдают. Потому как дело наше правое. Ладно. Хватит гутарить. Подай-ка, внучек гранаты. Пора уж. Приближаются.
Дед Матвей затушил цигарку, взял связку и пополз к насыпи. Вдалеке показался оккупационный состав.

24.12.2009 в 02:12